Когда в феврале началась война с Ираном, общепринятым мнением было то, что
посредственная армия страны и ослабленный режим, уязвимы для
высокотехнологичной войны на больших расстояниях, которую предпочитает вести
США. Многие наблюдатели полагали, что, опираясь на искусственный интеллект,
высокоточные боеприпасы и такие платформы, как авианосцы и самолеты-невидимки,
США смогут заставить Иран уступить их требованиям — и все это с относительно
небольшими внутренними последствиями.
Какой сегодня вердикт?
В оперативном плане США доминировали в первые шесть месяцев. Они нанесли более
13 000 ударов, уничтожили иранские ВВС и большую часть иранского флота, убили
верховного лидера и значительную часть руководства Корпуса стражей исламской
революции, а также блокировали порты. Война опустошила иранскую экономику,
оказав немедленное влияние на инфляцию, дефицит ресурсов и, по оценкам, на
восстановление потребуется от 200 до 300 миллиардов долларов.
Однако США не смогли одержать решающую победу. В Иране по-прежнему у власти
остаются сторонники жесткой линии. Будущее его ядерной программы, вероятно,
подорванной американо-израильскими ударами, остается неясным. Переговоры о
прекращении боевых действий зашли в тупик. Иран продолжает наносить ракетные
удары по американским войскам и объектам поддержки в регионе. Судоходство
через Ормузский пролив, а теперь и через Красное море, остается под угрозой.
Успех США в стратегическом плане может быть неясен, но оперативные потери
подсчитать проще: 18 военнослужащих погибли и по меньшей мере 624 получили
ранения. Это число значительно меньше, чем в наземных конфликтах в Ираке,
Афганистане или Вьетнаме, но намного больше, чем в последнем воздушном
сражении США на Балканах в 1990-х годах.
В ходе этой войны были потеряны или повреждены 42 самолета, в том числе четыре
F-15, один F-35, один E-3 и более 20 Reaper (для сравнения, США потеряли всего
один F-16 и два Predator за два года воздушного конфликта на Балканах).
Операции в Иране обошлись Пентагону в 37,5 млрд долларов, еще 67 млрд долларов
потребуется на восстановление запасов, которые сейчас находятся на низком
уровне (а также потенциально еще 5 млрд долларов на ремонт поврежденных
объектов в регионе). Главный экономист Moody's Analytics оценил, что «типичная
[американская] семья заплатит 1000 долларов из-за войны» — либо в виде налогов
на военные расходы, либо в виде роста цен на топливо.
Таким образом, по всем показателям Иран представляет собой провальный пример
американского способа ведения войны. Однако успех определяется не столько
эффектами на поле боя, сколько тем, смогут ли высокотехнологичные войны
дальнего действия оградить лиц, принимающих решения, от гнева американской
общественности.
Результаты боевых действий могут сделать войны более популярными среди
американцев, но не всегда. Тетское наступление во время войны во Вьетнаме
продемонстрировало, как США могли отбросить Вьетконг и при этом потерять
поддержку американцев. Корейская война, напротив, вызвала очень мало
общественного возмущения, несмотря на гибель тысяч американских военнослужащих
— пример того, как американцы могут привыкнуть к потерям, стать непреклонными
или даже апатичными перед лицом неудачи.
Опросы показывают, что большинство американцев не одобряют войну с Ираном
(даже растущий процент сторонников Дональда Трампа). И тем не менее, она до
сих пор не вызвала практически никаких общественных волнений. Не было массовых
протестов, массовых отставок в армии. Даже гибель пилота вертолета ВМС в
Аравийском море привлекла мало внимания общественности.
Фондовый рынок, несмотря на некоторые спады, процветает, а цены на нефть
снизились. Военный бюджет США по-прежнему в значительной степени определяется
дорогостоящими высокоточными боеприпасами, доставляемыми эсминцами и
самолетами-невидимками, масштабирование или быстрая адаптация которых
затруднительны; его беспилотные системы ориентированы на сокращение потерь
личного состава, а не на снижение затрат или разработку новых задач; его
промышленная база по-прежнему стимулируется крупными и сложными программами
вооружений.
Возможно, настоящая проверка наступит в ноябре, когда промежуточные выборы
покажут, осудит ли общественность республиканцев за развязывание конфликта.
Без такого наказания крайне маловероятно, что Конгресс или Белый дом изменят
свои планы по использованию американских вооруженных сил.
Это позволит ветеранам этой войны разработать новые доктрины, теории победы,
увеличить численность личного состава и усовершенствовать системы вооружения.
Ветераны Вьетнамской войны смогли значительно изменить американскую армию,
создав полностью добровольческие силы и изменив американскую теорию победы,
отчасти потому, что они верили в готовность общественности привлекать к
ответственности лиц, принимавших решения. Сегодня неясно, волнует ли это
среднестатистического американца.
Источник
Комментарии
Отправить комментарий