Инвесторы начали прошлую неделю с уверенностью, что израильско-американское
нападение на Иран станет еще одной краткосрочной войной, которую они смогут
игнорировать. Индекс S&P 500 даже немного вырос в тот понедельник.
Завершили неделю они с опасением, что глобальный шок цен на нефть, вызванный
разгоревшимся на Ближнем Востоке конфликтом, в некотором смысле является
повторением российского вторжения в Украину в 2022 году и угрожает
стагфляцией.
Сейчас главный инвестиционный вопрос заключается в том, являются ли признаки
беспокойства поводом для покупки на спаде или поводом для выхода из рынка до
того, как ситуация еще больше ухудшится.
Начнем со сравнения с началом СВО России в Украине.
Цены на нефть подскочили до 120$ за баррель с 90$ до начала СВО, поскольку
инвесторы учли в ценах перебои в поставках. Сегодня они все еще составляют
всего 91$. Но в процентном отношении рост такой же, как и в 2022 году, только
с более низкого уровня. Нефтяной рынок серьезно напуган.
Акции за пределами США также реагируют так же, как и после начала боевых
действий российских танков. Индекс MSCI, отражающий глобальные акции компаний
за пределами США, снизился на 6,6% по сравнению с максимумом до начала
иранских бомбардировок, что примерно соответствует движению 2022 года.
После этого параллель нарушается. Не наблюдается бегства в безопасные
облигации, золото или такие валюты, как швейцарский франк, которые обычно
выступают в качестве убежищ во время кризиса.
«У нас нет географической близости, чтобы это ощущалось так страшно с
человеческой точки зрения», — сказал Джейкоб Манукян, глава отдела
инвестиционной стратегии в американском подразделении частного банка J.P.
Morgan. «Но рынки начинают понимать, что существует вероятность того, что это
начнет проникать в экономику».
Объяснение движений на этой неделе — и, следовательно, подготовка к тому, что
будет дальше, — включает в себя не только интерпретацию инвесторами того, как
иранские беспилотники или риторика Белого дома повлияют на цены на нефть.
Было два основных эффекта. В экономическом плане внезапный рост цен на нефть
приводит к изменению баланса сил и проигравших. Экспортеры энергоносителей за
пределами Ближнего Востока выигрывают, а импортеры страдают. В финансовом
плане внезапная волатильность заставила инвесторов занять выжидательную
позицию и сократить свои долги.
Более высокая цена на нефть вредна для Европы, Японии и Кореи, крупных
импортеров. На самом деле, это выгодно США как экспортеру и крупнейшему в мире
производителю.
Нападение на Иран и его ответные меры против нефтяной инфраструктуры и
судоходных маршрутов соседей наносят ущерб крупнейшим мировым конкурентам
американских нефтедобывающих компаний.
Это самый простой способ понять, почему доллар вырос, а евро и иена упали, и
почему американские акции пострадали меньше, чем зарубежные.
В финансовом плане активы, которые значительно выросли в этом году, упали
больше всего, а некоторые из тех, которые сильно пострадали, фактически
выросли, несмотря на общие трудности на рынках.
Это подтвердилось на уровне отдельных стран, где крупнейшие победители — во
главе с корейскими акциями, выросшими на 50% до начала войны благодаря
массовым покупкам с использованием маржинального кредитования — понесли
наибольшие потери.
За ними следуют следующие по величине — Япония, затем Великобритания и Европа.
Американские акции едва росли до начала войны и почти не падали по мере её
развития.
Это также подтвердилось на уровне всего рынка. Акции компаний-разработчиков
программного обеспечения сильно упали в этом году из-за опасений конкуренции
со стороны искусственного интеллекта, в то время как акции производителей
микросхем взлетели. На прошлой неделе акции компаний-разработчиков
программного обеспечения фактически выросли, в то время как акции
компаний-производителей полупроводников резко упали.
Почти половина индекса Nasdaq-100 выросла, и все, кроме девяти, падали в
течение года до войны. Знание того, насколько сильно акции Nasdaq выросли в
этом году до начала войны, объясняет 60% движений на прошлой неделе на основе
регрессионного анализа. В отличие от стран, трудно выявить экономическую
логику, которая могла бы спровоцировать такую динамику «победители —
проигравшие».
Дополнительным подтверждением служит индекс акций, популярных среди
хедж-фондов, составленный Goldman Sachs, который упал гораздо сильнее, чем
рынок, снизившись на 4,7% за неделю. Индекс крупнейших коротких позиций
хедж-фондов упал всего на 1,1%, что вдвое меньше, чем индекс S&P. Этого и
следовало ожидать, поскольку хедж-фонды закрывают позиции, чтобы сократить
заимствования, но эти движения недостаточны, чтобы говорить о паническом
сокращении задолженности.
Это создает модель того, что может произойти, если война затянется и цены на
нефть значительно вырастут. Сокращение долговой нагрузки будет еще некоторое
время тянуть вниз самые проблемные регионы. В конце концов, начнется настоящая
паника, и тогда спрос на безопасность почти наверняка перевесит опасения по
поводу инфляции и обвалит доходность казначейских облигаций.
Легендарный банкир Натан Майер Ротшильд, вероятно, никогда не говорил
«покупайте, когда на улицах кровь», но это точно отражает идею о том, что
инвесторы часто паникуют, когда идет война.
Проблема в том, чтобы знать, когда это произойдет, а это значит, что нужно
следить за первыми признаками того, что рыночный хаос становится еще хуже.
Когда рынок будет утопать в красных свечах, хватит ли у вас смелости купить?
Готовьтесь.
Источник
Комментарии
Отправить комментарий